Страновые представители РЭГ обсудили в Тбилиси проблемы ВИЧ-положительных мигрантов

Развитие эпидемии свидетельствует, что мигранты являются одной из наиболее уязвимых групп в вопросах доступа к здравоохранению. Чтобы найти подходы, при которых иностранцы будут иметь доступ к услугам в связи с ВИЧ независимо от того, в какой стране они находятся, 18-19 ноября в Тбилиси (Грузия) состоялась встреча страновых представителей и партнеров Региональной группы по здоровью мигрантов (РЭГ). На встрече представители НПО и профильных госорганов Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, России и Узбекистана также представили свой опыт оказания помощи находящимся за рубежом ВИЧ-положительным гражданам.

Победить ВИЧ мешают стигма и дискриминация

Открывая мероприятие, технический специалист Подразделения по чрезвычайным ситуациям в здравоохранении и инфекционным заболеваниям ЕРБ ВОЗ Елена Вовк подчеркнула, что роль сообщества в решении этих вопросов велика.  Так, отчеты организации показывают, что «если бы не было энтузиастов среди сообщества, то в борьбе с ВИЧ недостаточно было бы ни тестирования, ни лечения».

Анализ эпидемиологических данных представил региональный советник офиса по Восточной Европе и Центральной Азии Фонда ООН в области народонаселения (ЮНФПА) Андрей Поштарук. По данным на конец 2020 года, в регионе находится 1 миллион 600 тысяч ВИЧ-положительных людей, ежегодно эта цифра увеличивается на 140 тысяч, а от связанных со СПИДом болезней умирает 35 тысяч человек.

 «Восточная Европа и Центральная Азия (ВЕЦА) — это единственный регион в мире, где увеличивается количество ВИЧ-положительных граждан. На начало 2021 года зафиксировано 43% прироста новых случаев ВИЧ-инфекции; для сравнения — по миру этот показатель составляет минус 23%. То есть во всем мире количество случаев заражения падает, а в ВЕЦА продолжает расти», — отметил эксперт.

Эпидемия сконцентрирована среди ключевых групп (секс-работников, людей, принимающих инъекционные наркотики и ЛГБТ) и их половых партнеров — на них приходится 99% всех новых случаев заражения. Что касается основного пути передачи — от инъекционного он сместился в сторону полового — в период между 2002 и 2016 годами он увеличился на 150%.

Переходя к теме миграции, Поштарук отметил, что на вероятность инфицирования в значительной степени влияют мобильность и миграция. По этой причине среди мигрантов уровень инфицирования в 4-8 раз выше, чем среди общего населения.

«Основной барьер на пути достижения целей борьбы с ВИЧ — это стигма и дискриминация, — подчеркнул эксперт. — Исследования показывают, что 70% населения стран региона ВЕЦА проявляют дискриминацию по отношению к людям с ВИЧ».

Распространение ВИЧ в регионе ВЕЦА
Стигма и дискриминация в отношении людей с ВИЧ

Карательное законодательство

Отмечено, что по отношению к иностранцам с ВИЧ в России карательное законодательство. Там они не только не имеют права на сдачу тестов и получение АРВ-терапии, но и подлежат депортации, даже если они официально работают и платят налоги. Иностранцу также будет отказано в выдаче РВП, ВНЖ в России в случае выявления ВИЧ-инфекции. Из-за страха депортации ВИЧ-положительные мигранты скрывают свой статус и остаются в стране нелегально.

Старший научный сотрудник ФБУН Центральный НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Анастасия Покровская объяснила алгоритм передачи информации об обнаружении ВИЧ-инфекции у иностранных граждан. Медучреждение тестирует мигранта на ВИЧ (это обязательно при получении патента на работу, а также при подаче документов на РВП/ВНЖ), все положительные результаты попадают в референс-лабораторию, затем данные отправляются в Роспотребнадзор, где автоматически выносится решение о нежелательном пребывании. После данные передаются в МВД и поступают в базу данных для запрета на въезд.

Если до этого года тест на ВИЧ не сдавали мигранты из стран ЕАЭС (за исключением требования сдавать тест на ВИЧ для получения медкнижки), то согласно новым поправкам в законы (они вступят в силу 29 декабря) теперь все иностранцы, которые планируют оставаться в России больше, чем на 90 дней, должны сдать тест.

«Россия рассматривает ВИЧ-положительного иностранца как угрозу для россиян; это обосновано тем, что якобы эти граждане эпидемиологически опасны, — отмечает Покровская. — Но мы знаем, что «опасность» зависит от многих факторов и может быть предотвращена в том числе АРВ-терапией.  Другой вопрос, кто опаснее — граждане России для иностранца или наоборот, потому что количество новых случаев заражения ВИЧ в России выше, чем в странах ВЕЦА.

Эксперт привела данные, согласно которым в Узбекистане и Таджикистане распространенность ВИЧ среди вернувшихся из миграции людей выше, чем среди общей популяции. Этот факт не исключает, что заражение произошло в России, где более миллиона граждан живут с ВИЧ, и его распространение ежегодно увеличивается. Что касается иностранцев, то, по данным Роспотребнадзора, ВИЧ за все годы наблюдения (с 1985 года) выявлен лишь у 38 482 человек.

Мигранты с ВИЧ — кто они

Координатор по работе с академическим сообществом РЭГ Даниил Кашницкий перечислил основные категории мигрантов с ВИЧ. Первая — это люди, которые знают о своем статусе, стоят на учете в СПИД-центре своей страны и, приезжая в Россию, не оформляют патент, поэтому выпадают из эпиднадзора, но могут получать АРВ-терапию удаленно.

Вторая категория — это те, кто тестируются в России при подаче документов на патент или РВП/ВНЖ и сразу попадают в списки тех, кому российские органы оформляют нежелательное пребывание. Они могут остаться в России при наличии близких родственников, однако это все равно не дает возможности лечиться в России.

Третья группа — это мигранты, ВИЧ у которых выявлен анонимно на базе НКО. Они не могут продлить свое законное пребывание в стране, но знают о своем статусе и принимают соответствующие меры.

«К прошлому году в России кумулятивно выявлено около 40 тысяч иностранцев с ВИЧ, но мы не знаем, сколько из них покинуло Россию, а сколько осталось. Ожидание властей, что мигранты с ВИЧ сами уедут из России, не работает никогда. Не потому что мигранты безответственны, а потому что эти люди влезают в огромные долги, чтобы приехать в Россию; они вынуждены работать здесь потому, что на родине у них нет другого источника доходов» — объяснил эксперт, добавив, что в вопросах профилактики ВИЧ весь мир давно шагнул вперед и никак не ограничивает людей с ВИЧ, и только репрессивные законы России оставляют мигрантов в 1995 году, когда ВИЧ воспринимался как смертельное заболевание.

Сложности с получением АРВ-терапии

Председатель узбекского НКО «Ишонч ва Хаёт» Сергей Учаев подтвердил, что мигранты с ВИЧ не покидают Россию, поэтому стараются разными способами получать терапию из своих СПИД-центров. Подробнее об этом читайте в материале «Между двух огней. История женщины с ВИЧ, которая жила в России и Узбекистане».

«Механизмы передачи лекарств в Россию не всегда эффективны, плюс для этого надо раскрывать свой статус и вставать на учет в СПИД-центр, а люди с ВИЧ не всегда на это согласны. Также для этого людям надо тратить дополнительные средства — оплачивать доставку или услуги курьеров. Эти факторы снижают приверженность лечению и повышают риски ухудшения здоровья. Нелегальные мигранты, которым поставили запрет на въезд, не могут удаленно встать на учет в родном СПИД-центре и не попадают в систему здравоохранения России, поэтому возвращаются в терминальных стадиях», – рассказал Учаев.

Эксперт подчеркнул, что ввиду отсутствия целевых программ по поддержке мигрантов с ВИЧ, люди решают свои проблемы сами или при помощи НКО. В качестве примера Сергей Учаев привел историю мигрантки, которая из-за пандемии не могла вернуться в Узбекистан и через мессенджеры вышла на активистов, которые доставили ей АРВ-терапию в Россию.

Руководитель программ Министерства здравоохранения Армении Асмик Арутюнян подтвердила, что главная проблема мигрантов с ВИЧ заключается в отсутствии возможности продолжать лечение на легальных условиях, не боясь быть депортированными.

Она отметила, что из-за этого зачастую что ВИЧ-положительные мигранты и люди с туберкулезом возвращаются на родину в терминальных стадиях заболевания.

 «Для принимающей стороны важно осознать, что в таком случае эти люди представляют опасность и для нее. Мигрантам крайне важно иметь возможность раскрыть статус и получить лечение. Тем более что большинство людей заражается ВИЧ за рубежом, а не на родине», — отметила Арутюнян.

Представитель Минздрава отметила, что Армения готова оказывать плановую помощь и передавать препараты в страну трудоустройства, если там предоставят монитринг лечения.

А пока временное решение проблемы — это сотрудничество с НКО и доставка препаратов в страны работы мигрантов. В 2020 году была произведена 21 доставка и 300 находящихся в России армянских мигрантов получили АРВ-терапию. Кыргызстан за прошлый год передал через родственников терапию 500 ВИЧ-инфицированным мигрантам.

Все эти цифры подтверждают не раз озвученный экспертами и работниками профильных НКО факт, что норма о депортации не работает, и иностранцы остаются в России.

Эксперты из Таджикистана выразили уверенность, что отмена депортации будет основополагающей для поддержания трудовых мигрантов. А пока СПИД-центр выдает терапию на шесть месяцев и более своим гражданам, которые находятся в миграции.

Они отметили, что местный СПИД-центр готов выдавать терапию своим гражданам за рубежом, если в стране приема будет организован ее прием, хранение и распределение среди мигрантов.

По аналогичной же схеме готов работать и Кыргызстан, где утверждены алгоритмы для передачи терапии мигрантам. Сейчас в стране выдают терапию собирающимся за рубеж гражданам на 12 месяцев. При условии ведения учета там также готовы передавать препараты профильным организации России.

Удаленная постановка на учет

На встрече также обсуждалась возможность разработки в регионе системы удаленной постановки на учет людей с ВИЧ. Это даст возможность людям получать АРВ-терапию и не прерывать лечение. Что, в свою очередь, будет положительно влиять на эпидемиологическую ситуацию в регионе. Тогда, в случае с Россией, при подаче документов на патент или РВП/ВНЖ, человек будет сдавать тест на показатели вирусной нагрузки, которые должны быть соответствующей нормы. Это станет подтверждением для российской стороны, что мигрант следит за своим здоровьем и не подвергает риску окружающих.

Представители стран ВЕЦА сошлись во мнении, что это бы значительно облегчило жизнь мигрантов в России. Для этого страны исхода мигрантов должны вести переговоры с профильными ведомствами стран приема мигрантов или и проводить работу в рамках двусторонних соглашений, например, в рамках ЕАЭС.

Примером, что такая схема работает, является Беларусь, с которой у России есть соответствующее межстрановое соглашение, и мигранты которой не только не нагружают систему здравоохранения России, а едут за лечением и лекарствами на родину, зная, что спокойно могут вернуться.

Екатерина Иващенко